Мой мыслепадик

Удивительное, незнакомое мне ощущение: календарное лето закончилось двадцать один день назад, а первое "осязание" осени пришло лишь сегодня. Мы гуляли по огромному вечернему городу, и было какое-то сумасшедшее ощущение дежавю. Где-то, когда-то со мной это уже было…



Из пабов доносилась шотландская музыка, и резвые девушки отчеканивали ножками характерные танцевальные движения. Поддавшись всеобщему веселью, немолодая мадам с сединами присоединилась к танцу.  Надо было видеть ее блаженное лицо! Как я обожаю такие маленькие ресторанчики! У них есть свой шарм и обаяние. Отвлекшись от паба, мы посеменили дальше. Прилипая к светящимся витринам, мы наслаждались прогулкой, все еще по-летнему теплым днем. Неожиданно для себя отметила, что некоторые деревья уже успели примерить огненные  и каштановые парички, поддавшись сезонному веянию моды. Потом, с моста наблюдая за поездами метрополитена, в мерном постукивании колес я услышала щемящую мелодию осени…

Обычно, первое ощущение осени ко мне приходило еще в конце июля – начале августа. Исправно захаживал в наши края сентябрь:  то вечерок холодный принесет, то прошуршит дождиком, то позолотит березовые листочки…  А иной раз напомнит о себе криками воронья, не по-летнему теплыми куртками и многочисленными цветными шляпками зонтиков, торжествующих над серым и пасмурным днем… Вдруг вспомнилось прошлогоднее лето.

Как-то, в середине августа, мы выбрались на пикничок с нашими дорогими друзьями (Олечка с Лешей привет вам, привет!). Собирались весь день-деньской. И так вышло, что пока мы доехали до заветной полянки были уже сумерки. Пока разложились-растелились, костерчик развели, расслабились, краски ночи окончательно сгустились и создавалось впечатление, что мы находимся где-то на отшибе, на самом краю земли… И когда где-то в траве слышался шелест очередной спешащей по своим неотложным делам лягушонки, я непроизвольно вздрагивала. К реальности возвращали пылающие вдалеке точечки алеющих костров и песни-разговоры таких же затерявшихся искателей приключений, как и мы. Между тем, озаряющие ночной небосвод зарницы, намекали на скорый дождь.

Но было так лень покидать это уютное природное логово, с потрескиванием сучьев в костре, с неспешными беседами. Дождались таки. Холодными каплями-иглами обрушился дождь. Хохоча, мы в срочном порядке начали сворачивать нашу скатерть-самобранку. И завернувшись  на манер бедуинов в покрывала, которые еще пять минут назад служили нам скатеркой, неслись со всех ног к машине, оставленной непредусмотрительно далеко. А проказник-дождь, словно издеваясь над нашей нерасторопностью, подгонял нас, хлестал по пяткам, промочил всю обувь и даже не думал угомониться!

Запыхавшиеся и разрумянившиеся мы впрыгнули в машину. Выкручивая себя, как следует, и, стряхивая капли, как делает это любой добропорядочный пес, мы смеялись над "подмоченной репутацией". И так как миссия водителя в тот вечер лежала на мне, вглядываясь в темноту, я тихонечко кралась, слушая дождь. Яркий свет фар бликами отражался в лужах. С берез слетали первые пожелтевшие листочки. Они падали на стекло, озорничали, приставая к дворникам, бегали по мокрому и зеркальному от дождя асфальту.  Кружась и резвясь, листики оседали в лужицах. Это был трогательный завораживающий танец-предвестник грядущей осени. Казалось, что лужи с двойным дном, которые прячут страну-зазеркалье. Фантасмагорическое зрелище! Весь вечер и весь последующий день меня не покидало ощущение, что я прикоснулась к волшебству…

Возникшая в памяти картина вызвала улыбку.  Домой вернулись довольные, просветленные и умиротворенные.